Легендарный Синдзи Миками, известный как «отец» успешной серии Resident Evil и жанра survival horror, в детстве совсем не мыслил о карьере в игровой индустрии. Вместо этого будущая звезда геймдизайна мечтала примерить на себя шлем профессионального гонщика «Формулы-1». Даже играми юный Синдзи не интересовался, предпочитая коротать время за просмотром ужастиков. Наибольшее впечатление на подростка произвели «Техасская резня бензопилой» и «Зловещие мертвецы», впоследствии ставшие классикой жанра. По словам Миками, он очень любил пофантазировать на тему того, как сам бы повёл себя в экстремальной ситуации, оказавшись на волоске от гибели. Богатое воображение во многом послужило толчком к созданию Resident Evil, но до этого тогда оставалось ещё более десятка лет.

 

Disney’s Aladdin

Super Nintendo / 1993

Карьера геймдизайнера для Синдзи началась в 1990 году, когда он был принят на работу в Capcom. Довольно странное стечение обстоятельств, учитывая, что Миками закончил университет Досися по специальности мерчендайзинг. Тем не менее, проведённая компанией презентация для выпускников так впечатлила молодого человека, что тот немедленно подал заявку и получил должность, хоть и не сразу. За три первых месяца под руководством Миками была создана Capcom Quiz: Hatena? no Daiboken – викторина, посвящённая играм от Capcom и вышедшая исключительно на Game Boy в Японии. Однако настоящим толчком в развитии карьеры послужил выгодный контракт с американцами. Ретрограды со стажем прекрасно знают, что в начале 90-х компания прославилась не только многочисленными аркадными хитами, но и первоклассными адаптациями диснеевских мультфильмов. Миками приложил руку к трём – адвенчуре Who Framed Roger Rabbit, Zelda-образной Goof Troop и платформеру Disney’s Aladdin. Если первые две представляют скорее музейный интерес, то на последней следует остановиться подробнее.

Тут надо сразу пояснить один нюанс. В девяностые игры с одинаковым названием, но для разных платформ, зачастую разрабатывали совершенно разные люди. Если сеговского «Аладдина» от создателей «Червяка Джима» большинство из нас видело и помнит, то его нинтендовский тёзка в России знаком куда меньшей аудитории. В отличие от игры студии Virgin, вышедшей на десять дней раньше, геймплей в Aladdin от Capcom более аркадный. Земля, так и норовящая уйти из-под ног, и бесконечные пропасти вызывали стойкие ассоциации с приключениями небезызвестного водопроводчика. Как и необходимость прыгать на головы недругам для их устранения. При этом игрушка отличалась качественной графикой и довольно гуманной для хитов той поры сложностью. Неудивительно, что публика, впечатлённая мультфильмом 1992 года, разобрала картриджи словно горячие пирожки. Коммерческий успех (всего было реализовано 1,8 миллиона копий) сильно повысил статус Миками внутри коллектива, поэтому руководство Capcom с радостью выдало перспективному сотруднику карт-бланш на разработку следующего (как покажет время – главного в карьере) проекта.

Но прежде чем перейти к рассказу о Resident Evil, хочется отметить ещё кое-что. Из-за слабого распространения SNES на постсоветском пространстве большая часть наших геймеров узнала об этой версии Aladdin благодаря китайскому «порту» на восьмибитках, созданному некой Hummer Team. На фоне прочих пиратских творений игра выглядела настоящей жемчужиной – уровни из оригинала были перенесены практически без купюр, да и геймплей мало в чём уступал первоисточнику. Нельзя не отметить великолепную по меркам платформы анимацию – жаль только, что с цветовой палитрой китайцы обошлись довольно бесцеремонно. Впрочем, это всё равно не отменяет статуса одного из самых знаковых тайтлов в библиотеке Dendy. Тот факт, что восьмибитный Aladdin на самом деле является пиратским «портом», наверняка многие узнали только с приходом эмуляторов. Занятно, что сам Миками впоследствии отдал предпочтение адаптации за авторством Virgin, объяснив свой выбор более качественной анимацией и мечом, с помощью которого герой расправлялся с врагами.

 

Resident Evil

PlayStation, Saturn / 1996-1997

Всё началось с идеи о духовном наследнике Sweet Home – на тот момент малоизвестной игры для Famicom, выпущенной в 1989 году исключительно для японского рынка и являющейся адаптацией одноимённого фильма. Сюжет был посвящён группе теледокументалистов, отправившихся в заброшенный особняк художника Мамии, пропавшего тридцать лет назад при загадочных обстоятельствах. К сожалению, вместо поисков сенсации пятёрке героев пришлось спасать свои шкуры от жутких монстров, которыми оказались наводнены комнаты особняка. Sweet Home присущи элементы, свойственные, по меньшей мере, двум жанрам. Вид сверху, пошаговые сражения и управление командой персонажей с возможностью «прокачки» отсылали к RPG. Поиск предметов и решение головоломок с применением уникальных способностей того или иного героя – к квестам. Кроме того, сюжет отличался несвойственным для восьмибитных игр нарративом – повсюду были разбросаны записки, призванные лучше раскрыть историю, а развязка варьировалась в зависимости от числа уцелевших.

Разработку схожего в концептуальном плане проекта, но уже для SNES, должен был возглавить Кодзи Ода, принимавший участие в создании платформеров Super Ghouls ‘n’ Ghosts и The Magical Quest Starring Mickey Mouse. По его словам, из-за технически ограничений консоли команда планировала перенести действие в сюрреалистический «адский» сеттинг. Неожиданный анонс новой приставки – Sony PlayStation, изначально создававшейся как CD-расширение для SNES, побудил компанию изменить концепцию и передать бразды правления Синдзи Миками. Последний тоже выражал интерес к Sweet Home и поначалу подумывал о трёхмерном римейке. Однако тема оживших мертвецов, так впечатлившая геймдизайнера много лет назад, не давала ему покоя. Поэтому, а также из-за того, что фильм-первоисточник не выходил в США, от первоначальной идеи о мистическом хорроре было решено отказаться.

Технический прогресс явно не поспевал за Миками, не на шутку разошедшимся в своих фантазиях. Поэтому многие из запланированных вещей так и остались нереализованными – в частности, полностью полигональное окружение, вид от первого лица и кооперативный режим. Следом в урну отправилась идея о темнокожем шутнике и огромном киборге – присутствие таких персонажей подорвало бы внутреннюю логику сеттинга, главная цель которого – напугать игрока до чёртиков. Именно саспенс получился в итоге лучше всего. Даже вступительный ролик, снятый с участием живых актёров, вышел настолько натуралистичным, что Capcom не решилась пускать его в таком виде на западе, убрав цвет и вырезав несколько наиболее жестоких кадров из англоязычного релиза. До кучи компания изменила название с оригинального Biohazard на более абстрактное, но ничуть не менее эффектное Resident Evil, побоявшись судебных тяжб с одноимённым метал-коллективом из Нью-Йорка.

Занятно, что на протяжении почти двух десятилетий Миками категорически отказывался признать влияние Alone in the Dark, гордо заявляя о том, что на момент разработки Resident Evil не слышал о такой игре. Лишь накануне выхода The Evil Within геймдизайнер разоткровенничался – по его словам, именно знакомство с детищем французов побудило уйти от первоначального замысла, отказавшись от 3D в пользу рендренного окружения. Если бы не приключения Эдварда Карнби, «Обитель Зла» могла бы стать заурядным трёхмерным шутером, поскольку реализовать полностью полигональную среду на PS one в ту пору было весьма проблематично. После интервью Миками французский портал Gameblog обратился за комментариями к Фредерику Рейналю – автору первой части Alone in the Dark, окончательно расставившему всё на свои места: оказывается, между Capcom и Infogrames был заключён договор о, так сказать, неразглашении. Видимо, японские боссы усмотрели в проекте большой потенциал и решили присвоить себе чужие заслуги, а точнее – купить. Сумма сделки, само собой, озвучена не была – по словам Рейналя, он к тому моменту уже покинул компанию и очень расстроился из-за поступка своего бывшего начальства. При этом он также заявил, что не держит зла на Миками и при случае обязательно пожмёт ему руку за честность, пусть даже проявленную спустя столько лет.

Короче говоря, всё это уж очень сильно попахивает пресловутым «Секретом полишинеля», ибо влияние Alone in the Dark и так было очевидно любому, кто хоть раз запускал обе игры. Схожее исполнение, неуклюжий герой, сочетание экшена и головоломок, акцент на узких коридорах и тесных локациях, атмосфера постоянной угрозы. Конечно, попытки создать хоррор к моменту выхода Resident Evil имели место – взять хотя бы System Shock. Оттого, наверное, сам Миками не верил в успех игры, или, по крайней мере, не пророчил ей статус мегахита, способного оставить после себя наследие длиной в несколько десятилетий. Во всяком случае, так он заявил в интервью, посвящённом двадцатилетию серии.

От себя лично добавлю, что, к своему стыду, впервые прошёл оригинальную Resident Evil… В 2019 году. Больше всего я был шокирован тем, насколько прекрасно игра сохранилась. Конечно, все признаки «пробы пера» на месте, но в этом кроется своё очарование первой части. Она не пытается прыгнуть выше головы, заигрывая с голливудщиной и подшивая к простому, как три копейки, сценарию натужную драму. А чуть позже я ещё больше обалдел от того, какой колоссальный шаг относительно оригинала проделал римейк, причём во всех отношениях. Но о нём мы поговорим чуть позже.

 

Dino Crisis

PlayStation, Dreamcast / 1999-2000

Миками не стал долго греться в лучах обрушившейся на него славы, а достаточно скоро перебрался на продюсерскую должность, уступив режиссёрское кресло молодому коллеге Хидеки Камии. Этому предшествовала нашумевшая история с несостоявшимся выходом первой версии сиквела, сегодня известной как Resident Evil 1.5. Начинала делать его команда Миками ещё до того, как первая часть бомбанула в топах продаж, поэтому планы развития серии пришлось перекраивать на ходу. Отсюда и подскочивший бюджет, и кинематографичность, и упор на экшен, и телевизионный сценарист Нобору Сугимура. Продолжение получилось эпичным, хотя сам Синдзи отошёл в тень. Но без собственного проекта он тоже не остался, решив поэкспериментировать с сеттингом и историей – заменив зомби на динозавров, которые появились в исследовательском центре на отдалённом острове в результате экспериментов с некой «третьей энергией», приведших к пространственно-временному парадоксу. Сделать на основе такого, казалось бы, банального лейтмотива цельную историю, лишённую сюжетных дыр – задача, на самом деле, непростая. С ней Миками, чего уж говорить, справился не лучшим образом. С другой стороны, едва ли Dino Crisis в этом плане сильно отличается от прочих представителей жанра.

Куда хуже другое – отказ от использования рендренных фонов сильно сказался на качестве графики и вариативности локаций. Довольно странное решение, учитывая, что камера всего лишь вяло следует за героиней. Использование динозавров для хоррора – тоже задумка спорная. Как ни крути, не вызывают они той жути, что ожившая мертвечина и результаты экспериментов с биологическим оружием. Поэтому Миками увеличил количество скримеров, заставив рептилий выскакивать по поводу и без буквально из каждой щели. Базовый геймплей плюс-минус идентичен Resident Evil, рассказывать о нём подробно не имеет смысла.

Вердикт таков – пускай у игры были отличные продажи (в основном благодаря «резидентовскому» ресурсу популярности), шедевра явно не вышло. Секрет успеха прост – золотое правило про поданную к обеду ложку. В ту пору survival horror нёс настолько свежий глоток воздуха, что аудитория охотно скупала любых его представителей. На стороне Dino Crisis были громкое имя его создателя и самой компании Capcom, что давало фанатам определённые надежды. Куда больший интерес, на самом деле, представлял сиквел, в котором разработчики вернулись к рендренным фонам, а геймплей сделали предельно линейным и аркадным, но в то же время насыщенным нестандартными игровыми ситуациями. В каком-то смысле Dino Crisis 2 предвосхитила облик будущей Resident Evil 4. Ирония ситуации в том, что продолжением Миками уже не занимался. Охладев к своему детищу, Синдзи передал его в руки Су Такуми, прежде обитавшему на задворках Capcom, который сделал куда более креативную игру, чем Миками в случае с первой частью. Жаль, но второй «Дайно Кризис» сильно опоздал – к моменту его выхода на первой PlayStation вовсю гремели Dreamcast и PlayStation 2, потенциально хитовая игрушка просто потерялась на фоне некстгена. Развить идеи последователям тоже не удалось – после провальной третьей части сериал заглох, скорее всего, уже навсегда.

 

Resident Evil

GameCube / 2002

В начале XXI века индустрия была шокирована неожиданной сделкой между Nintendo и Capcom, гарантирующей переиздание старых и выпуск новых частей Resident Evil исключительно на GameCube на протяжении ближайших четырёх лет. Оставшиеся у разбитого корыта владельцы PS2 чуть позже получили утешительные призы в виде «порта» Code: Veronica и четырёх спин-оффов сомнительного качества – рельсовых Gun Survivor 2, Dead Aim и онлайновой дилогии Outbreak. Сериал разросся настолько, что несколько игр одновременно стали делать разные студии. Пока одна команда принялась основательно подтягивать запланированный ещё для Nintendo 64 приквел Resident Evil Zero под нужды GC, Миками занялся разработкой римейка первой части. Идея была в том, чтобы создать самый пугающий и реалистичный хоррор. Если с первым тезисом ещё можно поспорить, то по качеству графики игра действительно оставила позади даже впечатляющую в техническом плане Silent Hill 2, за полгода до этого осчастливившую обладателей PS2. Объяснение этому достаточно простое – разработчики отказались от использования трёхмерного окружения в пользу пререндренных и подчас даже анимированных фонов фотореалистичного качества. Такая уловка позволила сконцентрировать все ресурсы платформы на игровых моделях, при виде которых даже владельцы топовых PC испытывали неподдельный восторг.

Под стать выдающемуся для 2002 года визуальному ряду – основательно переработанный сеттинг. На большей части локаций, сильно преобразившихся со времён оригинала, воцарилась тьма, из-за чего Resident Evil стал походить на вышедшую в 2001-м Alone in the Dark: The New Nightmare, да и вообще отдавать «лавкрафтовщиной», что примерно одно и то же. Иными словами, игра теперь пугала не только притаившимися за углами зомби и прочими скриммерами, но и зловещим антуражем. На руку такому дизайну прекрасно сыграла новая механика. Отныне для полноценной расправы над зомби требовалось либо сносить им головы, либо сжигать тела. В противном случае недруги оживали по прошествии времени и превращались в Кримсон Хэдов, принимавшихся бегать по пятам за игроком и в случае тесного контакта с ним наносили персонажу огромный урон. Даже двери их не останавливали. Также в игру было добавлено несколько новых локаций, включая кладбище и хижину, где геймерам предстояло встретиться с новым боссом – Лизой Тревор. Дочь архитектора «Амбреллы», ставшая жертвой чудовищных экспериментов, представлена в виде бессмертного врага, преследующего игрока в узких коридорах и наводящего почти такой же ужас, как Пирамидоголовый в Silent Hill 2.

К сожалению, сам сценарий практически не претерпел изменений, поэтому предельно незамысловатые диалоги, несмотря на полную озвучку, смотрелись уж очень неказисто на фоне остального. Впрочем, это всё равно мелочи – Миками удалось выжать максимум из отживающего свой век геймдизайна и создать, пожалуй, лучшую и наиболее жуткую из классических частей. Этот почётный статус Resident Evil образца 2002 года удерживала вплоть до выхода римейка RE2, который состоялся семнадцать лет спустя. Разумеется, игра стала одной из главных жемчужин в библиотеке GameCube, ради которой можно было смело проследовать в магазин. Жаль, что в России платформа совсем не прижилась по причине запоздалого появления мод-чипов. Поэтому большая часть фанатов смогла опробовать шедевр гораздо позже – с появлением Wii и переиздания, выпущенного на западе в 2009-м. А в 2015-м на современных консолях и PC вышел, простите, ремастер римейка.

 

P.N.03

GameCube / 2003

Успех сериала Devil May Cry (к рождению которого Синдзи тоже был косвенно причастен) вдохновил Миками на создание стильного экшена, который вернул бы геймерам воспоминания о славных временах, проведённых в обнимку с лучшими образцами жанра run ‘n’ gun. P.N.03 разрабатывалась в рамках соглашения с Nintendo о выпуске пяти эксклюзивных игр для набирающей обороты GameCube. В конечном счёте список запланированных проектов похудел на один тайтл – в мусорное ведро отправился рельсовый шутер Dead Phoenix, откровенно сплагиаченный с сеговской Panzer Dragoon. P.N.03 вышла первой, к сожалению, став пресловутым «первым блином». Правда, вины Миками здесь почти нет: невероятно сжатые сроки, отведённые на разработку – дело рук высшего руководства Capcom, оставшегося недовольным финансовыми показателями 2002 года. У геймдизайнера было в распоряжении всего семь месяцев, за которые не то что хит, а даже просто приличную поделку вряд ли сваяешь. Поэтому из прекрасного лебедя, существовавшего в чертежах, P.N.03 превратилась в ощипанного голубя.

Из-за полностью трёхмерного окружения геймплей в игре смахивает на рельсовый шутер Sin & Punishment для N64. Наёмнице из будущего по имени Ванесса необходимо сломя голову нестись вперёд, расстреливая по дороге орды роботов. Правда, периодически игра даёт возможность спрятаться от встречного огня в укрытиях. Звучит куда лучше, чем есть на самом деле – виной тому и корявое управление, не позволяющее совмещать акробатику со стрельбой, и предельно однообразный, до невозможности линейный геймплей в условиях столь же линейных и безликих локаций. Миками даже попытался втиснуть интригу в сюжет, укладывающийся в десятиминутный ролик, что, конечно же, ничего кроме насмешек вызвать не могло. P.N.03 потерпела полнейшее фиаско в продажах и была разгромлена критиками. По прошествии лет на игру ожидаемо навесили ярлык недооценённой классики, да и сам продюсер всячески горевал по поводу сложившейся ситуации. Правда, некоторые из нереализованных идей впоследствии попали в Vanquish. Да и история сексуальной ведьмочки Байонетты явно создавалась Камией с оглядкой не только на Devil May Cry, но и на P.N.03.

 

Resident Evil 4

GameCube / 2005

Из номерных Resident Evil четвёртая часть пробыла в разработке дольше всех. За то время, что игра варилась в котле имени производственного ада, успели выйти консоли нового поколения и практически отжить свой век. Создание Resident Evil 4 ещё в конце 90-х поручили Хидеки Камии – режиссёру второй части, ставшей коммерчески успешной, да и вообще особенно любимой в фанатской среде. Но вот незадача – амбициозный Камия был настолько одержим идеей превратить серию в экшен, что ушёл в километровый отрыв от изначальных планов и ожиданий. Дабы не спускать наработки в ближайший водосток, Миками принял решение довести дело до конца, но уже под другим названием. Собственно, так на свет появилась ещё одна из самых узнаваемых и коммерчески успешных для Capcom серий – Devil May Cry. Однако что-то нужно было решать с четвёртой частью. Поскольку Миками занимался римейком оригинальной RE, разработку поручили Хироси Сибате, отвечавшему за создание пререндренных фонов в RE3: Nemesis. К моменту анонса в конце 2002 года данная версия уже имела предметные очертания. Леону Кеннеди, заражённому вирусом Прародитель, предстояло выбраться из штаб-квартиры «Амбреллы», замаскированной под замок. Особенностью геймплея должна была стать сверхъестественная сила, заключённая в левой руке героя. В конечном счете, дело закончилось абандоном, однако некоторые наработки всё же дождались своего часа – заражённым и обладающим недюжинной силой оказался бывший напарник Леона, Джек Краузер, представленный в финальной версии RE4, а истории создания вируса Прародитель была посвящена пятая часть.

Действие третьей инкарнации также должно было развернуться в замке, но уже населённом призраками. Леона, одетого в тот самый бомбер, что доберётся до финальной версии, преследовал загадочный дух с крюком. Также в трейлере, позже прозванном фанатами Resident Evil 3.5, можно наблюдать оживших рыцарей и некую тёмную сущность, похожую на первого босса из RE5. В общем, как можно видеть, многие идеи не убирались навеки в ящик, а в том или ином виде находили своё применение с течением времени. Ну а RE4 в итоге превратилась в историю про испанскую деревушку и культ, нацеленный на мировое господство при помощи выкопанного и оживлённого древнего паразита Las Plagas. Историю с большой буквы, выполненную на феноменальном для 2005 года уровне – начиная от геймплея ручной выделки, который удивлял чем-то новым буквально каждые полчаса, и заканчивая великолепной постановкой.

Хорошо, что Миками, писавший сценарий в одиночку, не стал повторять ошибок Нобору Сугимуры. При всём уважении к покойному, сюжеты для нарочито трэшовых японских ТВ-сериалов уровня «Могучих Рейнджеров» – вовсе не то же самое, что серьёзная беллетристика западного образца. Судя по всему, Миками тоже не до конца верил в собственные силы, поэтому принялся разбавлять сценарий юмором. Вышло просто прекрасно – Resident Evil 4 ощущалась солидным блокбастером, но при этом не чуралась самоиронии. Нечто подобное можно было наблюдать в «Бондиане» до тех пор, пока в неё не пришёл Дэниел Крэйг. Ну и, конечно, схожий подход к повествованию демонстрировала «Код: Вероника» – Вескер-супермен и Альфред Эшфорд, страдающий раздвоением личности, явно подмигивали игроку по ту сторону экрана. Жаль, что Сугимура не практиковал подобное раньше. Вдвойне жаль, что в тот раз тоже не удержался от попыток в смехотворную драму. Выхолощенная лав-стори между соплежуем Стивом и Клэр, в очередной раз отыгрывающей роль мамки, получилась чуть ли не хуже, чем «роман» Эйда-Леон в RE2. Хотя, казалось бы, куда ещё хуже.

Если раньше Миками ещё можно было упрекнуть в том, что он сделал себе имя на переиначивании труда других людей, то Resident Evil 4 показала, насколько безграничен талант японца. Хотя альтернативно одарённые личности из фанатской среды пытались обвинять Синдзи в том, что столь радикальными метаморфозами он лишил серию её подлинного духа, время расставило всё по местам. Попросите любого известного разработчика составить топ любимых игр, четвёртый RE непременно окажется в списке. Попробуйте дать человеку, прежде обходившему серию стороной, какой-нибудь из классических «Резидентов» и четвёртую часть, а затем спросите, что ему понравилось больше. Думаю, ответ здесь напрашивается сам собой.

К слову, Resident Evil 4 по сей день остаётся рекордсменом по количеству переизданий. Конечно, нельзя не отметить недобросовестный поступок со стороны Capcom, подорвавший отношения с Nintendo на годы вперёд. Неудовлетворённые продажами на GameCube, боссы дали команду «портировать» всё пригодное из линейки Capcom Five на PS2. В результате эксклюзивом осталась только провальная P.N.03. Впоследствии Миками лично извинился за Resident Evil 4, поскольку потеря эксклюзивности у такого проекта оказалась сильным ударом для консоли, так и не сумевшей добиться хотя бы половины успеха своего конкурента от Sony. Впрочем, руководство Capcom впоследствии отрицало факт обмана, объясняя случившееся недопониманием между американским офисом и головным японским. В действительности «неприкосновенной» должна была стать только RE4, все остальные игры линейки Capcom Five планировались в качестве временных GC-эксклюзивов.

 

God Hand

PlayStation 2 / 2006

Гротескный 3D-«битемап» God Hand стал первым проектом Миками, созданным после ухода из Capcom, и последним для Clover Studio, двери которой навсегда закрылись в 2007 году. В скоротечной жизни студии нет ничего удивительного – сделав ставку на нишевые проекты, разработчики сами подписали себе приговор. В случае с God Hand добить лежачего помогли ещё два фактора. Во-первых, подружить 3D и «битемапы» в принципе мало кому удавалось, поэтому жанр почти сразу же отъехал в разряд аутсайдеров, уступив место «слэшерам». Во-вторых, PS2 в ту пору начала стремительно утрачивать свою актуальность вследствие подоспевшего некстгена.

Тем не менее, для эстетствующих ретроградов творение Миками пролилось бальзамом на душу. Безбашенная стилистика и ураганный геймплей вызывали стойкие ассоциации с Fist of the North Star и, пожалуй, JoJo’s Bizarre Adventure. Местами возникали конкретные перегибы со сложностью – судя по всему, разработчики видели в этом отсылку к классическим хитам а-ля Double Dragon. Хронометраж по меркам жанра получился довольно продолжительным – порядка трёх-четырёх часов без учёта переигрываний. Миками прикрутил к God Hand некоторые элементы, не свойственные жанру – вид из-за плеча и «прокачку». Многие 3D-«битемапы» страдали либо от неудачной камеры, либо от отсутствия lock-on, что приводило к молотьбе воздуха вместо вражеских туш. Знакомая по RE4 перспектива, конечно, не претендует на роль панацеи в такой драйвовой мясорубке, зато помогает концентрироваться на противниках. А возможность усиления героя неплохо уравнивает шансы.

Ожидаемо слабой стороной получилось графическое исполнение. Бюджетность сквозила изо всех щелей, поэтому красивым моделям персонажей пришлось разгуливать по пустынным и подчас совершенно уродливым локациям, будто бы созданным в начале нулевых. Но это, конечно, мелочи – в целом, получился достойный представитель жанра, к сожалению, затерявшийся на фоне консолей нового поколений и горячо ожидаемого God of War II.

 

Vanquish

PlayStation 3, Xbox 360 / 2010

После закрытия Clover Studio ключевые сотрудники организовали новую студию с пафосным названием PlatinumGames. В отличие от предыдущей, нынешней конторе Ацуси Инабы повезло гораздо больше, благо она живёт и здравствует по сей день. Вклад Синдзи Миками в её успехи, правда, ограничился лишь одной игрой – футуристическим шутером Vanquish. Расценивать его можно сразу с нескольких сторон: и как долгожданную возможность довести до ума идеи, заложенные в P.N.03, и как ответ на популярную серию Gears of War. Само собой, не обошлось без японского подхода к разработке.

Разборки между разодетыми в нанокостюмы солдатами сложно воспринимать иначе, как экранизацию какого-нибудь меха-аниме. Летящий в игрока град ракет и снарядов, которые нужно либо расстреливать, либо своевременно уклоняться от них – чем не отсылка к скролл-шутерам? Ну и, конечно же, легендарный подкат – новаторская механика, настолько впечатлившая западных игроделов, что те принялись повсеместно вставлять её в шутеры, включая топовые хиты, такие как Crysis 2, Bulletstorm и Killzone 3. Шедевра, впрочем, всё равно не вышло – посредственный сюжет, однообразный сеттинг, отсутствие мультиплеера и короткая продолжительность одиночной кампании не позволили Vanquish вырваться за рамки одноразовых середнячков.

 

The Evil Within

PlayStation 4, Xbox One, PlayStation 3, Xbox 360 / 2014

Последней на данный момент игрой, разработкой которой руководил Миками, стала противоречивая The Evil Within. После ухода отца-основателя из Capcom его наследники принялись ещё дальше уводить Resident Evil в сторону от «хоррорных» истоков, а жанр survival horror претерпел очередные метаморфозы – с подачи инди-разработчиков геймплей превратился в череду марш-бросков от бессмертного антагониста, подчас убивающего героя одним ударом. Сюжеты в большей части ужастиков пошли по дорожке сюрреализма. Хотя Синдзи на примере четвёртого RE наглядно показал, что переизобрести жанр можно всегда, в случае с The Evil Within он явно предпочёл не напрягаться, а лишь аккуратно собрал под одну гребёнку все хоррор-штампы последних лет. Или просто упёрся в свой творческий потолок? Кто знает.

Впрочем, есть ещё один вариант – пресловутое авторское видение. Без спойлера тут, увы, не обойтись. Дело в том, что события разворачиваются в виртуальной реальности, облик которой формируется на основе сознания подключённых к ней людей. Пресловутый символизм, вокруг которого строился сюжет в играх серии Silent Hill. Если расценивать это как аллегорию на самого Миками, который как будто бы создал хоррор на основе своих ассоциаций с жанром, то ок, всё сходится. Потому что знатоки жанра будут буквально спотыкаться о знакомые элементы каждые пять минут. И не важно, раскусит геймер интригу к середине или финалу похождения – вторичность начинает раздражать буквально в первые же часы, словно под копирку слизанные с Resident Evil 4.

Но хорошо, предположим, что человек, купивший The Evil Within, вообще не слыхивал ни о Resident Evil, ни о Silent Hill, ни о прочих хоррорах. Сложно представить себе такого аутиста в современном мире, но пускай будет. Даже в этом случае обелять Миками как геймдизайнера не получится. Из-за того, что геймплей нахватался элементов из самых разных игр, он буквально трещит по швам, постоянно конфликтуя сам с собой. Как бы старательно ни пыталась The Evil Within маскироваться под хоррор со стэлс-элементами, экшеновое нутро четвёртого RE довольно быстро даёт о себе знать. Только вот главный герой – детектив Себастьян Кастелланос, преследующий загадочного маньяка – категорически не годится на роль протагониста в такой игре. Причин тому масса, начиная от медленного бега, сопровождающегося постоянной одышкой, корявой системы прицеливания, и заканчивая нулевой выносливостью. Конечно, герои-инвалиды – неотъемлемый элемент большинства хорроров, тянущийся ещё с Alone in the Dark. Только там можно было сохраняться в любом месте, а в оригинальной Resident Evil враги не были настолько быстрыми и вооружёнными огнестрелом. Жуткий дефицит амуниции и боеприпасов в такой ситуации кажется настоящей издёвкой.

К счастью, игра предоставляет возможность «прокачки» героя, но процесс трансформации Себастиана из рохли в более-менее подготовленного бойца займёт, по меньшей мере, половину сюжетной кампании. Здесь уже большой вопрос в том, из-за чего геймер захочет досрочно прекратить прохождение – обилия клише, несбалансированного геймплея или вялотекущего сюжета. Всё-таки The Evil Within – не тот случай, когда половину хронометража нужно сводить игрока с ума хаотично сменяющими друг друга локациями, а потом сливать на него килотонны информации со стахановским рвением, будто бы пытаясь наверстать упущенное. Честно говоря, мне было очень обидно от того, какую свинью спустя столько лет подложил творческий гений Миками. Смириться с самокопированием и заимствованиями из прочих игр не проблема, а вот вынести кривизну геймплея и мутный сюжет было настоящей пыткой. 

Тем не менее, основная масса критиков и игроков приняла The Evil Within на ура – достойные продажи убедили издателя в необходимости создания сиквела. Миками по привычке снова дистанцировался от непосредственного руководства процессом, сосредоточившись на обязанностях продюсера и супервайзера. У руля поставили Джона Йоханаса – автора двух дополнений к первой части, которого Синдзи назвал «невероятно талантливым». Насчёт невероятного таланта больше похоже на дежурный комплимент, хотя справедливости ради стоит отметить, что многих огрехов, допущенных наставником, новоявленный руководитель избежал.

Сюжет практически полностью утратил связь с первой главой, но при этом сходу раскрыл главную интригу, а именно – иллюзорность происходящего. Очень здравое решение с позиции тех игроков, которые заинтересовались второй частью, но совершенно не горели желанием знакомиться с оригиналом. При этом The Evil Within 2 не стала прогулкой по прямой трубе – сценаристы подготовили несколько занятных твистов. Кроме того, в игре появилось подобие открытого мира с сопутствующими ему сайд-квестами. Тут всё вышло неоднозначно. С одной стороны, акцент на просторных локациях упростил стэлс. С другой, подобные поручения в массе своей получились чрезмерно тривиальными – формата «поди – принеси» или «поди-убей». Кроме унылого бэктрекинга, скромного вознаграждения и мелких крупиц информации они могут сулить разве что дополнительную амуницию и «прокачку» характеристик персонажа.

Увы, но детектив Кастелланос после пережитого в первой части ещё сильнее пристрастился к бутылке, поэтому начинать свой путь в сиквеле придётся всё тем же героем-рохлей. Из-за этого наружу вылезла знакомая по оригиналу проблема – дисбаланс. Игра по-прежнему мечется меж двух огней, но больше её тянет в сторону экшена. А экшен в условиях неудобного управления и неуклюжего протагониста-задолхлика периодически оборачивается мучениями – пусть не столь садистическими, какими травмировала первая The Evil Within, но приятного мало. Суммируя вышесказанное, можно резюмировать, что вторая часть получилась ощутимо лучше второй, но до статуса отличной игры, не говоря о хите, ей всё равно далеко. Виной тому как огрехи в геймдизайне, так и вторичность, которая, увы, никуда не делась – Silent Hill по-прежнему сквозит изо всех щелей.

 

Двое из ларца. Творческий дуэт Синдзи Миками и Гойти Суды

В завершение хочется поговорить о двух играх, о которых не следовало бы умалчивать, но и включать в основной топ тоже неправильно. Речь о Killer7 и Shadows of the Damned: в первом случае Миками примерил на себя роль соавтора сценария, а во втором креативного продюсера. Обе были созданы в сотрудничестве с эксцентричным геймдизайнером Гойти Судой, который к началу 2000-х успел снискать определённую славу на родине благодаря нескольким хоррорам. Поскольку подбором проектов для пресловутой Capcom Five заведовал Миками, он решил сделать одним из них новый IP, а большую часть разработки доверить Суде и его студии Grasshopper Manufacture.

Сюжет Killer7 посвящён Харману Смиту – бывшему ассасину в почтенном возрасте, прикованному к инвалидной коляске. У старика особый дар – он может материализовывать в реальном мире семь своих личностей, тоже отпетых убийц. Уникальными способностями Смита заинтересовалось правительство США, намеренное отправить на тот свет могучую террористическую организацию. Запутанная история, способная вывернуть мозг похлеще иного Silent Hill, подаётся в абстрактном визуальном стиле, с авангардистской эстетикой и яркой экспрессией. Как часто бывает в таких случаях, геймеры поделились на два лагеря – одни сочли всё это гениальной работой, другие повесили на Суду ярлык претенциозного выскочки. Но если о сюжетной составляющей ещё можно спорить, то геймплей получился, прямо скажем, слабым ввиду однообразия и не самого удобного управления. Перемещается персонаж при зажатой кнопке, автоматически пробегая по невидимой «рельсе». Когда дело доходит до боя, то стрелять и двигаться одновременно уже нельзя. Сам Суда объяснял такой подход особенностями контроллера для GameCube, что странно – второй аналоговый стик никто не отменял, хотя он здесь и неудобный. В общем и целом, Killer7 была тепло принята прессой и со временем стала культовым явлением для узкой прослойки ценителей всего необычного. Продажи при этом оставляли желать лучшего. В 2018 году вышел ремастер, отчего-то проигнорировавший современные консоли и осевший на ПК.

Коммерческий провал, тем не менее, никак не повлиял на отношения Миками и Суды – напротив, творческий тандем обернулся многолетней дружбой. По прошествии нескольких лет двум геймдизайнерам вновь довелось поработать сообща. Коллаборация с Capcom повысила статус Grasshopper Manufacture в глазах издателей, которые были не против выделить бюджет на гротескные проекты. Благо творения Суды никогда не требовали больших вложений. Первым таким опытом стали две части экшена No More Heroes, которые в Америке издавала Ubisoft. История с Killer7 полностью повторилась, показав несостоятельность Гойти как геймдизайнера, но прочно закрепив за ним статус неординарного рассказчика и арт-директора. Само собой, игры провалились в продажах, но быстро приобрели культовый статус.

Творческий союз Суда-Миками напомнил о себе во второй и последний на данный момент раз в 2011 году, когда вышел экшен Shadows of the Damned, профинансированный EA. Хотя Синдзи заявлен в качестве креативного продюсера, в геймплее отчётливо видны характерные нотки Resident Evil 4. Это касается схожих камеры и управления, а также торчащего изо всех щелей чёрного юмора. Но если Миками как-то удалось балансировать меж двух граней, то Суда ушёл в полный отрыв. При этом в концептуальном плане это была уже не наркоманская шиза, а забойный трэшачок в духе Роберта Родригеса. Протагонист в лице Гарсии Хотспура явно создавался с оглядкой на Данте из Devil May Cry – та же нарочитая помпезность и статус охотника за демонами. Путешествие в загробный мир получилось очень увлекательным благодаря сценарию и союзу Гарсии с экс-демоном Джонсоном, трансформирующимся в оружие. Немаловажным достоинством стало присутствие в труппе талантливого композитора Акиры Ямаоки. Кстати, проект подарил геймдеву ещё одну нетривиальную творческую личность – выступивший в качестве режиссёра итальянец Массимо Гуарини, набравшись мудрости от старших товарищей, позже вернулся на родину и сотворил две очень необычные игрушки в характерной манере Гойти Суды.

А вот геймплей… Безусловно, для игр Суды это большой шаг вперёд, однако по меркам хоть Миками, хоть индустрии в целом это был шаг назад лет эдак на пять. Несмотря на чередование механик, благодаря которому Shadows of the Damned периодически превращалась в скролл-шутер или «рельсу», основной геймплей ощущался как пре-альфа RE4 родом из 2003 года. Малое разнообразие врагов, однотипные локации и унылые боссы, тактика сражения с большинством которых протекала по набившей оскомину схеме «разбиваем броню, делаем несколько выстрелов в светящуюся (в буквальном смысле) точку и затем повторяем всё это раз пять». Каким был коммерческий выхлоп всей этой истории, вы уже наверняка поняли. Сам Суда впоследствии жаловался на EA, которая «зарубила» большую часть его идей в процессе разработки. Кто знает, к лучшему оно или нет, однако геймдизайнер чётко дал понять, что если вдруг захочет когда-нибудь снова поработать с этим издательством, то на условиях полной творческой неприкосновенности.

 

***

Таков он, творческий путь одного из самых значимых геймдизайнеров в истории индустрии. Как и в случае с прочими коллегами по цеху, в карьере Синдзи Миками были как взлёты, так и падения. Но человеку, фактически создавшему (пусть не без помощи со стороны) новый жанр, а затем мастерски переработавшему его, ещё долго можно будет прощать всяческие фейлы, а в отношении прошлых сделать вид, что их попросту не существует. В конце концов, не зря же народная мудрость гласит, что не рискующий не пьёт шампанское. В прошлом году Resident Evil 4 стукнуло пятнадцать лет. Цифра пусть не совсем круглая, зато знаковая и мотивирующая к тому, чтобы перепройти легендарную игру – например, в обновлённом HD-формате, благо в переиздания для современных консолей добавили поддержку режима 60 fps. Как и в случае с первой главой, я был искренне удивлён тому, насколько прекрасно она ощущается по прошествии такого времени. Уж чему-чему, а четвёртой части полноценный римейк точно не нужен, хотя Capcom с её фабрикой римейков, похоже, уже не остановить.

Поэтому в завершение хотелось бы пожелать маэстро удачи с Ghostwire: Tokyo, пусть трейлеры не вызывают у меня большого энтузиазма. К сожалению, из последних сводок следует, что Миками будет задействован там лишь в качестве исполнительного продюсера.


Автор:

Дмитрий «Axel089» Сироватко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.